МБХ медиа
Сейчас читаете:
Организация ареста, гематома следователя и инсценировка пыток. В суде допросили Оюба Титиева

Организация ареста, гематома следователя и инсценировка пыток. В суде допросили Оюба Титиева

Оюб Титев за решеткой детально, до минуты, вспоминает судьбоносные дни — вечер 8 января, 9 января, 10 января. Как на выезде из родного села Курчалой его остановили сотрудники ГБР (группа быстрого реагирования) в зеленом камуфляже и, отвлекая, подбросили в машину наркотики. Как угрожали и подтасовывали отобранные образцы в отделе полиции.

Обвиняемый цитирует диалоги с силовиками и сообщает подробности передвижений во время обоих задержаний, попутно опровергая ложные показания свидетелей обвинения. В два дня — 19 и 20 ноября — Титиев успел ответить только на вопросы защиты. Это заняло в общей сложности около четырех часов.

События начала января уже были описаны — например, когда Титиев давал объяснения следователю гудермесского отдела СУ СК по ЧР. Но некоторые моменты участники процесса и слушатели узнали во время допроса впервые.

Например, факты о свидетеле Басханове. Переоценить значение его показаний в деле довольно сложно. Родные, друзья, коллеги, соседи Оюба в один голос утверждают, что он мусульманин, занимается спортом, ведет здоровый образ жизни и на дух не переносит людей с вредными привычками. Для них Титиев, употребляющий наркотики, — все равно что мать Тереза, расстреливающая людей. И только свидетель Амади Басханов, 36-летний житель Чечни, — якобы дважды видел Оюба курящим анашу в центре Грозного средь бела дня в 2017 году, о чем и сообщил в ходе процесса. Этот человек два раза был под судом за наркотики — и оба раза избежал реального срока, что для Чечни исключительная редкость. Защита уверена, что Басханов сотрудничает со следствием.

На допросе Оюб рассказал, что видел Басханова до следственных действий. 4 января, в новогодние каникулы, за пять дней до задержания, Титиев приехал проверить офис. Грозненский «Мемориал» снимал обычную трехкомнатную квартиру на третьем этаже жилого дома на улице Карла Либкнехта. На лестничной площадке между вторым и третьим этажом Оюб столкнулся с Басхановым. «Было много окурков вокруг него, и он прямо уперся мне в лицо, наблюдал за мной… Его привели, чтобы он меня увидел и запомнил. Стопроцентно, готовилось все это еще в те дни», — рассказал Титиев.

Гематома

Готовилось дело, да, видимо, не очень хорошо. Следователь Агабеков едва не развалил его с самого начала. 26 января проходило опознание — «свидетель» среди троих мужчин должен был узнать того, кого он видел курящим в Грозном в 2017 году.

Басханов, явившийся в курчалоевское ОМВД с сильно расширенными зрачками, в поношенной обуви и в дорогущей куртке Moncler явно с чужого плеча, Оюба не узнал. Агабеков составил об этом протокол, все участники прочитали его, подписали, возражений ни у кого не было. А уже на следующий день следователя перевели в ранг свидетеля. Во время очной ставки он сказал, что по его вине протокол был оформлен неправильно, а Басханов на самом деле опознал Оюба. На очную ставку Агабеков пришел с огромной гематомой на лице.

Фото: МБХ медиа

«Агабеков — единственный человек, который выполнил свой долг следователя, — сказал в суде обвиняемый. — Он провел процедуру опознания как положено, как должен был провести. Но, видимо, ему это вышло боком… Думаю, его избили за то, что опознание провел как следует».

В то время, как Оюбу стало известно позже, Басханов содержался в ИВС в Серноводске — его в очередной раз взяли за наркотики. Версию об ошибочно составленном протоколе Басханов расскажет на допросе в суде.

Пытки

На следующий день после задержания, 10 января, в Курчалоевском ИВС сотрудники ГБР снова требовали у Оюба признаний. Титиев упорно отказывался оговорить себя.

Тогда силовики усадили его в компьютерное кресло, завели руки за спину, сковали их наручниками, лицо плотно замотали скотчем. «Теперь ты признаешься, рассказывай», — требовали от него. Оюб в очередной раз отказался. В этот момент в кабинет зашел силовик, которого Оюб посчитал командиром этой группы, и закричал: «Что вы делаете?! Быстро развяжите его и снимите наручники!». С Титиева сняли наручники. Скотч разрезали сзади, резко сорвали с головы, вырвав волосы, и унесли из кабинета.

То, что на первый взгляд кажется подготовкой пыток, на самом деле было изящно разыгранной театральной сценой — и очередным этапом фальсификации. «Они изымали у меня волосы, — рассказал Оюб на допросе. — Следователь Саламов потом прикрепил этот скотч к пакету с наркотиками, пытаясь привязать этот пакет ко мне». При изъятии на подброшенном пакете скотча не было.

Преследования правозащитников

«Весь этот абсурд полностью связан с моей работой и нашей организацией. Никакого отношения к наркотикам это не имеет», — Титиев повторяет это с самого начала.

Повторял он это и на своем допросе, чуть раздраженно — после попытки прокурора Байтаевой снять вопрос защиты о «деле 27-ми» — исчезновении и предположительном расстреле силовиками 27 жителей Грозного в январе прошлого года.

Титиев добавил яркие штрихи к полотну преследований независимых правозащитников в республике, которое нарисовали уже выступившие в суде свидетели, его коллеги.

Оюб и другие сотрудники грозненского «Мемориала» получали очень много угроз — от властей и силовиков. «Мемориальцы» были вынуждены на время покидать республику. В 2009 году убили Наталью Эстемирову. В 2014 году напали на гудермесский офис — двух сотрудниц «Мемориала» семеро мужчин в масках забросали яйцами.

Титиев обсуждал с коллегами это нападение и в целом опасное положение независимых правозащитников в Чечне. В «Мемориале» был разработан протокол безопасности — внутренний документ с подробно расписанными мерами предосторожности, которые должны соблюдать сотрудники. Впрочем, соблюдать все меры во время задержания Титиев не мог — он находился под полным контролем силовиков.

Фото: МБХ медиа

В последние несколько лет значительно меньше людей стали приходить со своими проблемами в «Мемориал» — они опасались силовиков, предпочитали молчать. Начиная с лета 2017 года, когда «Мемориал» (конкретно — Титиев) стал собирать информацию по делу «27-ми», сводить родственников погибших с юристами, — силовики установили за офисом плотное наблюдение. Один из сотрудников на улице внаглую снимал Оюба на телефон. Снимали и коллег Оюба, когда они ожидали машину, чтобы ехать на семинар.

Титиев ходатайствовал о приобщении к материалам дела выступления председателя республиканского парламента Магомеда Даудова 25 декабря 2017 года. Это выступление уже не раз упоминалось на процессе, но гособвинение и судья резко обрывали свидетелей, собиравшихся его цитировать и анализировать.

Именно это выступление стало «спусковым крючком» для операции против Титиева. «Мы не знаем, на каком уровне принималось решение, что Титиева должны задержать и подбросить ему наркотики, — говорил в суде адвокат Новиков. — Но, безусловно, заявление прозвучало громко, и те исполнители и организаторы, которые этим занимались… были в курсе этого заявления, и им хотелось понравиться Даудову и вызвать его одобрение тем, что так оперативно среагировали на его предложение „салам алейкум — и все“».

Выступление было опубликовано на сайте парламента Чечни перед новогодними праздниками. В первый рабочий день 2018 года, 9 января, Титиев планировал провести совещание с коллегами — сказать им, что все они находятся в серьезной опасности и, если кто-то хочет уйти из организации, он может это сделать. Но Оюб не успел. После его ареста офис был закрыт.

Титиев рассказал на суде, что, по словам его односельчан, группы ГБР, подобные той, что остановила его, 9 января стояли на всех выездах из Курчалоя. «Мое мнение: меня ждали на всех выездах из села. Уверен, что с такими же пакетами, как и тот, который был подброшен в мою машину», — иронизировал Оюб в суде.

Судья Зайнетдинова отказалась приобщать текст выступления Даудова к материалам дела: в нем фамилия Титиева не упоминается, на суде обвиняемый сказал, что не имеет никакого отношения к спецслужбам, США, а финансирование организации совершенно прозрачное. То есть выступление Даудова не имеет к самому Оюбу и к его делу никакого отношения.

Поддержка

Защита заявила ходатайство об изменении меры пресечения для Оюба с ареста на личное поручительство (сейчас он арестован до 22 декабря). Один из поручителей, Светлана Ганнушкина, выступила на суде. Второй поручитель, Григорий Явлинский, планирует приехать в Шали на следующей неделе. Они уже ручались за Титиева, но его не освободили. Правда, теперь изменились обстоятельства: все те основания, которые ранее заявляло гособвинение, утратили свою актуальность. Свидетели допрошены, материалы в полном объеме находятся в суде.

Гособвинению еще предстоит высказаться по поводу ходатайства и задать свои вопросы Оюбу. Прокуроры попросили время для подготовки. Следующее заседание назначено на 26 ноября.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

1 комментарий

Правила общения на сайте

Комментировать

Правила общения на сайте

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: