МБХ медиа
Сейчас читаете:
«Они не остановятся на этом и будут мстить». Как земельный конфликт в Ростовской области перерос в кровавую бойню

«Они не остановятся на этом и будут мстить». Как земельный конфликт в Ростовской области перерос в кровавую бойню

Многолетний земельный спор в Орловском районе Ростовской области привел к трагическим последствиям — 22 октября в результате перестрелки между членами конфликтующих семей погибли пять человек, четверо получили ранения. Еще четырех участников тут же объявили в федеральный розыск. Корреспондент «МБХ медиа» выяснил, что сейчас происходит на месте событий.

Кооператив раздора

Орловский район находится практически на самом востоке Ростовской области, в ста километрах от Элисты. Основной вид заработка здесь — сельское хозяйство, и практически вся жизнь вертится вокруг аграрных предприятий. Одно из таких предприятий, сельскохозяйственный производственный кооператив (СПК) «Новоселовский» — своего рода «градообразующее» для Камышевского сельского поселения. Кооператив разводит скот, выращивает зерновые. Предприятие появилось еще в 30-х годах прошлого века, но в современном формате существует с 99-го года. Именно оно стало причиной раздора между двумя чеченскими кланами — Бациевыми и Дакишвили.

Днем 22 октября в поле недалеко от хутора Чернозубов приехали представители обеих семей. За день до этого они договорились встретиться и обсудить земельные вопросы, связанные с «Новоселовским». Участники с обеих сторон подготовились: и у Бациевых, и у Дакишвили при себе было огнестрельное оружие. Спор о том, кому все-таки принадлежат земли «Новоселовского», зашел в тупик.

— Началась драка. Мой племянник начал их разнимать, в это время подъехали несколько машин Бациевых, которые были рядом. Мы когда увидели, кто-то из наших пальнул в воздух, чтоб показать, что мы тоже вооружены, но они сразу начали вести прицельную стрельбу. Одного убили, второго ранили. Мы открыли ответный огонь на поражение, — приводит Baza слова представителя семьи Дакишвили Отара.

Другой очевидец конфликта, Балауди Хусиханов, приехавший со стороны Бациевых, описал конфликт иначе. По его словам, Бациевы приехали просто поговорить и помириться, а он поехал с ними как старший. Но Дакишвили разговаривать не стали, а начали избивать оппонентов битами. Очнулся Хусиханов уже в больнице, момента перестрелки не видел, так как, по его словам, был без сознания.

Те, кому удалось пережить перестрелку, схватили своих раненых и повезли их в больницу. Когда силовики прибыли на место встречи, они там не обнаружили ничего, кроме пяти трупов: Арби, Идриса и Ислама Бациевых, Зураба Дакишвили и одного неопознанного — пуля из ружья попала ему в лицо и обезобразила до неузнаваемости. По неподтвержденным данным, это был сотрудник колхоза Эдгар, приехавший на встречу со стороны Дакишвили. Он был убит первым выстрелом.

Силы полиции со всей области были стянуты в Орловский район. Место преступления и хутора, в которых жили Бациевы и Дакишвили, оцепили кордоны силовиков. Люди, опасаясь, что история не закончилась, спрятались по домам. Троих Дакишвили тут же объявили в розыск. Всю ночь над районом летало два ОМОНовских вертолета, а неподалеку на трассе заметили несколько внедорожников с чеченскими номерами.

Чернозубов. Фото: МБХ медиа

«Обычная история»

Поселок Орловский — районный центр. Именно в местном отделе полиции по случаю перестрелки создали штаб силовиков. Под небольшим зданием напротив вокзала припарковались несколько КамАЗов Росгвардии и ОМОНа, фургон Следственного комитета и огромное количество полицейских машин. Самих сотрудников было не сосчитать: вооруженные винтовками и «калашниковыми», в балаклавах, поднятых на лоб, и бронежилетах, в штатском и в форме они все что-то бурно обсуждали и оглядывались по сторонам. Одна машина сменяла другую.

— Поймали? — спросил я двух крепких ОМОНовцев.

— Поймаем, не переживайте, — бойко ответил один из них.

Несколько пожилых людей в здании вокзала бурно обсуждали происшедшее, делились своими версиями и версиями, которые им передали по радио. Сошлись на том, что теперь страшно жить в районе. Говорили об этом и таксисты, скучавшие в ожидании клиентов.

— Да там одному лицо из дробовика снесли, его до сих пор опознать не могут.

— Наверное, это вообще левый какой-то был, я слышал Бациевы братков ростовских подтянули побазарить.

— А не хотите туда проехаться? — вклинился я в беседу.

— Куда, в Камышевку что ли? Тут километров 50 минимум.

— В Чернозубов.

— А, там, где пострелялись. Так это вообще черт знает где… Ладно, погнали, я по навигатору посмотрю.

Ехать оказалось действительно долго. Дорога практически без указателей и населенных пунктов, по бокам сплошные сельхозугодья. Проехать в хутор Чернозубов, где произошла трагедия, оказывается делом затруднительным. В нескольких местах кончается дорога и начинается грунт, а грунт, в свою очередь, упирается в поле, по которому не проехать. В другом месте грунт есть, но проезд закрыт едва заметной колючей проволокой.

— Тут половина полей огорожена, чтобы чужие не ходили. Земельные конфликты — обычная история для наших краев. Фермеры постоянно грызутся между собой. Вот и вчера они друг друга перестреляли. Говорил с одним знакомым чеченцем из соседнего села, который в теме всей движухи. Говорит, Кадыров сильно всполошился, отправляет сюда нацгвардию, — рассказывает водитель.

Когда мы наконец добрались до хутора, там не оказалось буквально никого. Да и сам хутор мало похож на жилой: несколько домиков стоят поодаль от заброшенных зданий и полуразрушенных ангаров. И ни одного человека на улице. В нескольких сотнях метров отсюда работает оперативно-следственная группа. Завидев нас, один из правоохранителей выразительно сложил руки буквой Х, намекнув тем самым, что останавливаться не стоит. Тогда мы отправились в Камышовку.

Две равно уважаемых семьи

Проехать центр событий сложно. У въезда на улицу стоит ведомственная ГАЗель. Около нее трое вооруженных полицейских. Вдоль по улице — очередной КамАЗ Росгвардии, который закрывает ее буквально наполовину. Другую половину перекрывают несколько «гражданских» машин и гвардейцы в полной экипировке. Пройти туда нельзя — в доме директора СПК «Новоселовского» Василия Дакишвили, которого вечером 23 октября поймают, а на следующий день отправят на два месяца в СИЗО, проходят обыски.

Рядом с одним из домов на деревянной лавке сидел пожилой мужчина в тюбетейке и смотрел в пустоту. Около него расположились два молодых парня — они стояли, опустив головы. Все трое молчали.

— Поговорите с кем-нибудь другим, у кого что-то случилось. У нас ничего не случилось, — ответил мужчина на мою попытку завести разговор, даже не посмотрев на меня.

Пройдя дальше, я обнаружил абсолютно пустые улицы в поселении. Казалось, что поселок вымер. На улице, оперев стул на дверь калитки, сидела женщина преклонных лет. Ее дочь, услышав шаги, боязливо выглянула из-за забора, после чего взяла мать под руку, завела в дом и закрыла калитку. Позже около сельской школы я встретил еще двух женщин. Они оказались более разговорчивы.

— Мы уверены, что они не остановятся на этом и будут мстить. У них так заведено. Мы жили рядом с Бациевыми, это очень хорошие люди, приятные. О вторых тоже ничего плохого не слышали. Это все какая-то нелепость. Простите, мы пойдем, нам надо детей из школы забрать побыстрее. Нам все еще очень страшно, — сказала одна из женщин, и они второпях удалились.

Позже по пути я встретил еще двух женщин. Они объяснили, что практически все мужчины поселения сейчас либо в больнице, либо едут на похороны, либо сидят на допросе. Как выяснилось, следователи решили допросить всех сотрудников СПК «Новоселовский». А представители кланов, которых в селе было много, либо убиты или ранены, либо в бегах, либо занимаются организацией похорон. По законам ислама, хоронить покойников необходимо в течение суток с момента смерти. Здесь это осложняется еще и тем, что своих умерших местные чеченцы отвозят хоронить на историческую родину.

Камышевка. Фото: МБХ медиа

«Никто не хотел такого исхода»

Вечером в сельской администрации состоялась встреча с юристом СПК «Новоселовский» Романом Кильбаухом. Пришло несколько местных фермеров, сотрудники кооператива, чиновники из администрации и журналисты. Ждали министра сельского хозяйства Ростовской области, но вместо него приехал заместитель, который заперся в отдельном кабинете и по очереди вызывал к себе на разговор работников «Новоселовского». Разговор проходил за закрытой дверью. С журналистами работники говорить отказались, объяснив это тем, что не знают, что их ждет в кабинете, где спрятался замминистра, и не хотят проблем.

Роман Кильбаух, напротив, был готов к разговору и объяснил, что многолетняя вражда между Дакишвили и Бациевыми обострилась из-за перепаханного поля.

— Кооператив контролировался кланом Бациевых до 2014 года, и они привыкли относиться к нему, как к своему. Василий Дакишвили как раз тогда стал директором, его выбрали пайщики. При этом стоит заметить, что форма собственности СПК подразумевает равенство всех пайщиков при принятии решении вне зависимости от объема земельного пая. Кооператив много лет арендовал земли у пайщиков. Бациевы начали эти земли у них выкупать и вести себя как хозяева, потребовали к их участкам не приближаться. Но договор аренды на землю был заключен до 2023 года, и тогда им сказали, что к этому разговору можно вернуться как раз через 4 года, ведь смена собственника не отменяет арендных обязательств.

Бациевых такой расклад не устраивал. По словам Кильбауха, они начали давить на работников СПК, угрожали прострелить им колеса на тракторах и выкинуть с территории, когда те начали вспахивать земли совхоза. Пригрозили расправой и директору совхоза Василию Дакишвили. Тем не менее, Кильбаух уверен, что никто не ехал на встречу с намерением убивать.

— Думаю, у них просто нервы сдали в какой-то момент. Никто не хотел такого исхода, не собирался никого убивать. Да, они приехали с оружием, но это горские люди, это в их традиции. Обе стороны хотели показать, что они готовы к серьезному разговору, — пояснил юрист.

Слова Кильбауха об угрозах со стороны Бациевых подтвердил и врио директора «Новоселовского» Владимир Шрамко, которого ошарашило назначение на новую должность.

— В юности они были друзьями, я точно помню. В школе одной учились, в гости друг к другу ходили. Все поменялось, когда Василий возглавил СПК. Бациевы этого пережить не смогли, хотели дальше рулить предприятием, на которое повесили кучу долгов, даже пытались его обанкротить, но не вышло, — говорит Шрамко.

Эта информация подтверждается и картотекой арбитражного суда. Из документов дела о банкротстве следует, что Идрис Бациев обращался в арбитражный суд Ростовской области в 2016 году с целью обанкротить «Новоселовский», однако суд прекратил производство в связи с погашением задолженности.

Прокомментировала события и чеченская сторона. Представитель Рамзана Кадырова в Ростовской области Имран Исраилов заявил, что трагедия случилась из-за того, что ранее никто не замечал очевидного конфликта между сторонами, хотя родственники, земляки или диаспора могли бы повлиять на него. Но такой исход «ничего не предвещало» — приводит его слова РБК.

«Хорошие ребята»

Поздно вечером я вернулся на вокзал в Орловке. Там стало еще больше личного состава полиции. Уставшие силовики опустошали один пластиковый стаканчик кофе за другим и жадно ели. Я снова спросил у ОМОНовцев, поймали ли они объявленных в розыск Дакишвили. В ответ они лишь грустно покачали головой. Кассир Инна в привокзальном продуктовом весь день поила полицейских кофе и кормила булочками, такого количества клиентов этот магазин еще не видел. Жаль, повод не самый приятный.

— Я хорошо знала членов обеих семей. Хорошие ребята. Не бандиты совсем — фермеры. Они точно не собирались ни убивать, ни умирать. У них у каждого жены, по четверо-пятеро детей. И ради чего это все? — грустно вздохнула девушка.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: